– И вы что-нибудь поймали? Активными методами?

– Только на пробу. Пару сюжетов. Никаких бедствий там не

изображается. И вообще ни хрена не понять, потому как говорят они, сэр, на попугайском языке, если сказать прямо...

– На планете, – откашлявшись пояснил Кай членам Комиссии, – если судить по справке, преобладает искаженный вариант французского языка. Бретонское, если не ошибаюсь наречие с последующими наслоениями. В Колонии это – государственный язык.

– Дайте-ка на мониторы эти... фрагменты, – распорядился кэп.

Экраны ожили. Сначала по ним прошел "снег", затем, несколько раз

поменяв цветовую гамму, всплыла какая-то картинка и, наконец, изображение установилось.

На экране был город. Вполне обычный, хотя и несколько мелковатый по меркам Федерации, город, наполненный людьми, старомодными экипажами и низкими, в основном двух-трехэтажными домами, между которыми виднелись аккуратные зеленые газоны.

Кай, к своему облегчению, не увидел таких привычных для окраинных колоний следов военных действий. Почти никакого новостроя. Никаких развалин, пусть даже и заросших идиллическим плющом. И никаких патрулей. Вообще – ни одного вооруженного человека. Мелькавшие на экране лица казались достаточно спокойными и доброжелательными, а некоторые люди, если судить по внешнему виду, были просто счастливы, хотя и не слишком упитанны.

Видимо, вслед за обретением независимости и отделением от охваченной термоядерным безумием Империи, здесь, на Ферне, не последовало такой, казалось бы, естественной распри и кровопролития. Местное телевидение явно показывало какой-то обзор, довольно занудный, но вполне мирный.

Вот уже третий или четвертый город – и повсюду все те же мирные, хотя и аскетического вида жилища, счастливые лица и зеленые лужайки, покрытые где белыми цветами, а где – красными ягодами.

– Я так думаю, это мы какой-то канал для огородников поймали, – нарушил всеобщее недоуменное молчание Главный Связист. – Хотя вот смотрите – вроде попы... Свадьба, что ли?